Разведчики меняют тактику



У разведчиков всегда много работы, но больше всего, конечно, во время подготовки к наступлению. Именно тогда командованию необходимы точные данные (причем, самые свежие) о противнике. Успех наступления в значительной мере зависит от этого.

И когда командира взвода полковой разведки 284-го полка лейтенанта Юрчука вызвали в штаб, он ничуть не удивился. И задание не было неожиданным: проникнуть в тыл врага, взять «языка». На штабном языке это называлось: захватить «контрольного пленного».

Полк, как и вся дивизия, готовился к прорыву немецкой обороны на Кировоградщине. Гитлеровцы, несомненно, ожидали этого и были настороже.

Юрчук уже знал, что и дивизионная, и даже армей- екая разведка на протяжении месяца не добились успеха.

- Помозгуй там со своими, – сказал Юрчуку Проняев, – обсуди на собрании.

Проняев улыбнулся после этих слов, но Юрчук их воспринял вполне серьезно. Хотя в армии Разведчики меняют тактикуцарит единоначалие и решение командира обсуждению не подлежит, Юрчук действительно устраивал нечто вроде собрания, на котором шел разговор о выполнении полученного задания. Он считал, что такое обсуждение приносит большую пользу.

Причем, учитывалось мнение каждого разведчика. Окончательное решение, конечно, принимал он сам, но только после того, как за него высказывалось подавляющее большинство.

Однажды лейтенант нарушил эту традицию. В результате взвод, безоговорочно выполнив приказ командира, который опытные разведчики считали ошибочным, проник в занятое немцами село и оказался в ловушке. Отступать было некуда. Захватив один из домов, разведчики заняли круговую оборону. Юрчук понимал: жизнь их всех теперь определяет наличие боеприпасов. Но что будет, когда они кончатся? И что смогут сделать разведчики против артиллерии, которую подтянут гитлеровцы, танков?

Взводу Юрчука повезло – полк отбил деревню у противника и вызволил разведчиков. Но с тех пор лейтенант стал решительным сторонником своих «собраний».

И сейчас он излагал на таком собрании свои соображения.

Мы долго искали стык в немецкой обороне. И как будто нашли. Вот, – он показал на карте, – глубокая балка. Идет в направлении села Федоровка. Сплошной линии окопов здесь нет. Но держат фашисты это место под прицельным пулеметным огнем-. Балка, по нашим наблюдениям, не заминирована. Пройти в Федоровку незамеченными можно только здесь. Есть другие мнения?

Юрчук обвел взглядом присутствующих. 24 человека, сгрудившиеся вокруг стола, за которым он сидел, молчали. Потом Кандауров, высокий, плечистый солдат, сказал:

Лучшего места нет, это точно. Но проползти надо ужами, чтоб не заметили. Когда надо идти?

- Сегодня ночью, – ответил Юрчук.

- Может быть, всем идти не надо, – предложил разведчик Цыбульский. – Достаточно трех небольших групп.

- Ну, что же, – согласился Юрчук. – Возражений нет? Группы по 4 человека. Итого – двенадцать. Половина. Кто желает?

Вызвались все. Юрчук сам отобрал бойцов.

К одиннадцати часам ночи разведчики подошли к переднему краю. Около часа наблюдали за немецкой обороной. Потом, когда сумерки сгустились, двинулись в путь.

Через балку прошли беспрепятственно. Едва вспыхивала ракета, припадали к земле.

Потом, после балки, пошли группами, одна за другой, на расстоянии слышимости шагов. У каждой группы было свое задание. У первой – захват, вторая – поддерживающая, третья – прикрывающая.

...Но вот и Федоровка. По знаку Юрчука все остановились. Потом первая группа, которую возглавлял Кандауров, растаяла в темноте. Спустя несколько минут Юрчуку доложили:

- Здесь, на окраине, три дома. Первый – разрушен, второй – цел, но там никто не живет. В третьем – немцы. Возможно, отдыхают после дежурства. Сколько их в доме, выяснить не удалось.

Разведчики окружили дом и залегли. Расчет был на то, что схватят первого, кто выйдет во двор.

Время шло – никто не появлялся.

Может, ворвемся в дом, рискнем? – шепотом спросил Юрчука Кандауров. – Рассветет скоро – назад не проскочишь.

- Давай! – решился Юрчук. – Бери своих, идите к дверям. Мы – за вами.

Кандауров скользнул во двор. В этот момент дверь отворилась, на крыльцо вышел немец с ракетницей в руке. Он выстрелил, и все вокруг осветилось. Кандауров дал по гитлеровцу очередь, тот упал. Из окна дома, по все еще освещенному двору, ударил пулемет. К счастью, никого не задело. Разведчики выбежали, их поглотила темнота. Юрчук дал команду немедленно отходить. Ничего другого не оставалось.

Назад шли так же молча, понурив головы. Никто никого не упрекал. Но все сочувственно поглядывали на командира. Собрания собраниями, а спрос с него одного. Пришли в село Владимировку, где располагались тылы полка. Юрчук приказал всем отдыхать, а сам отправился в штаб.

Что можно сказать в свое оправдание? – думал он по дороге. – Обстоятельства? Но ведь это никого не интересует. Нужен «язык». А что бы я ни доложил, будет похоже на рассказ неудачливого охотника, вернувшегося домой без дичи.

Проняев сразу все прочёл на лице командира разведки. Выслушал, не перебивая сказал хмуро: Придется повторить. И немедленно.

Юрчук вернулся в хату, где отдыхали разведчики. Прилег, но сон не шел. Увидев, что лейтенант не спит, Кандауров подошел и улыбнулся виновато:

Бывает и на старуху проруха, командир. Может, раньше надо было решиться и вскочить в их дом. Но переживать не надо. Достанем немца. Тут ребята кое- что предлагают.

Юрчук тут же вскочил.

- Что именно?

- Да пойти опять в Федоровку, к тому же дому.

- Ну-у. – Лейтенант разочарованно поглядел на всех. – Это ж нарушение всех канонов разведки: идти второй раз на то же место. Уже спугнули фашиста.

- Так то оно так, – разведчик Цыбульский хитро поглядел на лейтенанта. – Но ведь и они знают, что по два раза не ходят...

Юрчук задумался. А что, в этом есть резон. Отступление от принятой тактики – тоже тактика.

- Тем более погода портится, – сказал Кандауров. – На нас работает.

- Я вижу, тут без меня все обмозговали, – улыбнулся Юрчук. – Все согласны?

...На завтра к вечеру разгулялась метель. Одетые в белые маскировочные костюмы разведчики проскользнули знакомым путем через немецкую передовую. Пришли к тому же дому.

Гитлеровцы все же приняли кое-какие меры предосторожности. Возле дома выкопали окоп, поставили часового. Дом стоял на отшибе, и этого, конечно, было недостаточно. Фигура часового, одетого в темный бушлат, четко выделялась на фоне белой стены дома. Должно быть, не верили немцы в возможность повторного появления разведчиков, потому что окоп вырыли неглубокий. В нем даже от ветра нельзя было укрыться и потому часовой вылез, повернулся спиной к полю, откуда несла мерзлые комья колючая поземка.

Группа Кандаурова поползла к часовому. Юрчук вглядывался в темноту, и сам не мог различить слившиеся со снежным полем фигуры. Но вот буквально у ног часового встали двое, в бок ему уперся автомат, и Кандауров тихо сказал громом прозвучавшую фразу:

- Хенде хох!

Немец выронил автомат и поднял вверх руку. Одну руку. Второй попытался выхватить из-за пояса гранату. Но Цыбульский был настороже и перехватил эту руку. Через секунду во рту схваченного торчал кляп, его потащили бегом, подальше от дома. Там никто не проснулся.

- Теперь только бы благополучно довести! – мелькнуло в голове Юрчука. – Смотрите, чтоб он по дороге какой-нибудь фокус не выкинул, – кивнул Кандаурову на немца лейтенант.

- Будьте спокойны, пойдет, как миленький, – ухмыльнулся в снежной тьме Кандауров.

Он оказался прав. «Язык» споро шел вместе со всеми. Снегопад усилился, и через балку проскочили без приключений.

Уже во Владимировке, в «своем доме», разглядели рослого, упитанного немца. Он вначале испуганно оглядывался, но увидев, что ему ничего не грозит, повеселел.

Юрчук тотчас же пошел в штаб.

Проняев, с нетерпением ждавший разведчиков, опять прочел все на лице лейтенанта.

- Где он? – спросил, пожимая руку.

- Здесь, товарищ подполковник, – весело отчеканил Юрчук.

Через минуту появился переводчик, и выяснилось, что пленный – эсэсовец, родом из Мюнхена, 1924 года рождения. На все вопросы отвечал с готовностью и подробно.

- «Язык» что надо, – кивнул Проняев Юрчуку на немца. – Да-а. Меняются времена, в начале войны эсэсовцы так не разговаривали.

...Вернулся Юрчук через час и, выстроив взвод, объявил:

- Командир полка от лица службы всем объявляет благодарность. Кандауров и Цыбульский награждаются медалями «За отвагу». Командование отметило грамотную тактику разведки.


Читайте также:

Впереди – Кировоград
Двадцать лет спустя...
Пополнение
Одиссея лейтенанта Денисова
Вопреки приказу фюрера
Содержание

Рейтинг@Mail.ru