«Честь» генерала фон Штреккера



Подходила к концу Сталинградская битва – одно из величайших сражений в истории. Это понимали все: и советские воины, и враг, продолжавший сопротивляться.

Удары 66-й и других армий становились все мощнее. Взаимодействуя с 343-й дивизией, 226-я освободила Орловку и оседлала дорогу Дубовка – Сталинград.

26 января 1943 года, как только забрезжил рассвет, сотни наших орудий и минометов открыли огонь по вражеской обороне. Сталинградская степь покрылась множеством разрывов.

226, 343-я и 116-я стрелковые дивизии пошли вперед за огневым валом артиллерии. Первыми ворвались во вражеские траншеи 987-й и 989-й стрелковые полки. Завязалась рукопашная схватка, пошли в ход штыки и гранаты. Гитлеровцы быстро отступали, бросая оружие, боевую технику, убитых и раненых.

Продолжая наступление, части дивизии к исходу дня 29 января подошли к реке Мокрая Мечотка и завязали бой за отдельные домики в районе тракторного завода.

Руины Сталинградского тракторного завода, детища наших первых пятилеток, который строила вся страна, стали последним оплотом частей 6-й вражеской армии. Здесь сконцентрировались около 20 тысяч солдат и офицеров во главе со штабом 11-го армейского корпуса под командованием генерал-полковника Штреккера.

Было решено не штурмовать в лоб превращенный фашистами в крепость завод. На прямую наводку стали батареи 806-го артиллерийского полка, которым командовал подполковник Помельников, истребительно-противотанковый дивизион капитана Бойко, противотанковые батареи стрелковых полков майора Шевцова, капитана Демьяненко, старшего лейтенанта Вакуленко. Каждый их выстрел был метким. Артиллеристы подбили пять танков, семь бронетранспортеров, уничтожили много живой силы противника.«Честь» генерала фон Штреккера Сверху на группировку обрушила удар наша бомбардировочная авиация.

31 января пришло известие – сдался фельдмаршал Паулюс со штабом. А Штреккер все медлил. 66-я армия продолжала штурмовать тракторный завод.

На 10 часов 2 февраля была назначена последняя атака.

«Но около 9 часов, – вспоминал впоследствии Н. С. Никитченко, – в полосе нашей дивизии появились первые колонны немцев с белыми флагами. Они стали выходить из укрытий и сдаваться в плен. Но сам Штреккер все не шел. Он засел со своим штабом в подвале, недалеко от площади Дзержинского.

Площадь была окружена 985-м и 989-м стрелковыми полками. Их командиры майор Ф. М. Заярный и подполковник В. С. Накаидзе сообщили мне по телефону: «Штреккер заявил, что будет разговаривать только с генералом».

Никитченко позвонил командарму и сообщил ему о заявлении Штреккера.

- Ну, что ж, – сказал командарм, – пришлем Штреккеру генерала.

Вскоре приехал заместитель командующего армией генерал-лейтенант М. И. Козлов. Когда он появился у входа в подвал, переводчик крикнул в темноту:

- Выходите! Генерал приехал.

И тогда Штреккер вышел. Он шагал к стоящему у легковой машины Козлову, щурясь от яркого дневного света, а за ним шли три генерала и сорок офицеров штаба.

Вряд ли думал в тот момент этот выкормыш прусской школы, сколько немецких солдат заплатило своей жизнью за его удовлетворенное самолюбие! Их трупы лежали здесь же, у входа в подвал, рядом с машинами, к которым* шли генералы, делившие вместе с Гитлером вину за столь трагический финал.

Когда Штреккера доставили в штаб 66-й армии, генерал Жадов спросил у него:

- Как вы оцениваете проведенную советскими войсками операцию?

- На долю русских выпало большое счастье, – нехотя ответил гитлеровский генерал.

- Ну, уж если вы склонны говорить о счастье, – заметил командарм, – то скорее вам – полковнику еще старой немецкой армии времен первой мировой войны – выпало своего рода счастье служить под командованием ефрейтора.

Штреккер понял, что имел в виду генерал Жадов. Он насупился, и, помолчав, сказал:

– В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков

Сколько же понадобилось пролить крови, чтобы такие вот, как Штреккер, и им подобные поняли эту очевидную истину!

В Сталинградской битве фашистская Германия потеряла 1,5 миллиона человек, 3,5 тысячи танков и штурмовых орудий, свыше 3 тысяч самолетов, более 12 тысяч орудий и минометов, 75 тысяч автомашин2. Достаточно сказать, что одна только 226-я взяла в плен 4 генералов, 187 офицеров, 2458 солдат. Были захвачены десятки орудий и минометов, сотни ручных и станковых пулеметов, около 2 тысяч винтовок.


Читайте также:

Герои Сталинграда
Тень «цитадели»
Гвардейцы на «огненной дуге»
Встаньте, живые!
Наше лето
Содержание

Рейтинг@Mail.ru