«Старик» и мальчик



Они примелькались в прифронтовых деревнях, этот нищий с поводырем. Жители знали, что старик с внуком – из далекого, сожженного села, что они бродят здесь в надежде встретить кого-нибудь из близких и кормятся подаянием. Сколько было в ту пору таких, обездоленных, лишенных родного угла! Местные полицаи не обращали на них внимания, а если встречались старику немцы, он сдергивал с головы рваную шапчонку и, крестясь, моргая подслеповатыми глазами, шептал перемешанные с просьбами слова молитвы.

Иногда нищие исчезали на некоторое время, и потом старик рассказывал, что ходил разыскивать земляков, которые, по слухам, обитали где-то в дальней округе.

Но в действительности «старик с внуком» были в ту пору за линией фронта у начальника штаба 226-й дивизии майора Бойко. Майор, ставя значок на карте, переспрашивал:

- В Коровино батарея тяжелых орудий?

- Так точно, товарищ майор, – четко, по-военному отвечал «старик». – Они вас и обстреливают.

- Наблюдали где-нибудь смену частей?

- Нет, никакого пополнения они за это время не получали. В селах располагаются небольшими гарнизонами, а в холодную погоду отсиживаются в теплых хатах. Между гарнизонами есть промежутки, не занятые войсками.

Он вовсе не был подслеповатым, этот разведчик. На карту майора наносилось замеченное зорким глазом расположение частей. Иногда мальчик напоминал:

- Скажите про сигналы, «диду».

- Скажу, скажу, – успокаивал «старик». – Значит, такое дело: если передовой немецкий пост пускает белые ракеты, немецкие солдаты ведут себя спокойно. Когда же он пускает красные ракеты, солдаты бегут к орудиям, пулеметам, но не стреляют. Когда появляются желтые ракеты, открывают огонь в ту сторону, куда они летят.

- Мы это тоже заметили, – подтверждает лейтенант Поляк. – Значит, при переходе линии фронта надо снять такого ракетчика и посадить своего. Пусть пускает белые ракеты. И еще вот какое дело, – говорит «старик». – «Студентка» передает: в районе Казачьей Лопани организована шпионская школа. Курсанты – из предателей. Есть несколько женщин. В ближайшее время в ваш район засылают шестерых из них. Задание – установить наличие и расположение установок «катюша». Приметы шпионок...
Рулонное напольное покрытие коммерческое рулонное покрытие.
- Вот это да, – не выдерживает Бойко, – вот это данные. Молодец «Студентка»...

- Трудно ей, – со вздохом заметил старик. – Очень трудно.

«Студентка» и в самом деле была студенткой одного из харьковских вузов. В то лето она приехала в гости к родным в село Графовку, но после отступления наших войск оказалась в немецком тылу.

В доме ее родных гитлеровцы поместили штаб большой части, а хозяев, в том числе и девушку, использовали как прислугу. То, что она отлично владеет немецким языком, фашисты не знали, а «Студентка» это тщательно скрывала.

«Старик», имевший во многих селах добровольных помощников и всегда интересовавшийся местопребыванием немецких штабов, узнал обо всем этом и решил рискнуть. Он специально явился в Графовку и через верных людей передал девушке приглашение встретиться. Она пришла.

- Садись, дочка, – обратился к ней старик, – поговорим.

- О чем? Кто вы такой?

- Кто я – не так важно, – ответил нисколько не обескураженный резким тоном «нищий», -А говорить будем о тебе. Как дальше жить думаешь?

- Как все, лишь бы день до вечера.

- А так не все живут. По-разному люди живут. Одни приспосабливаются, другие – бьются.

- Кто? Уж не вы ли?

- Может и я, – медленно проговорил «старик». – И вот, надеюсь, что будешь мне помогать.

- Откуда же вы, диду? – взмолилась девушка, – Хоть это можете сказать?

- А чего, могу. Я с той стороны. И, как видишь, не боюсь тебе это сказать. Я ведь раньше, чем придти, все о тебе узнал. И что отличницей была в институте, и что, главное, несмотря ни на что, советской осталась...

«Студентка» вдруг разрыдалась...

- Боже мой, – сквозь всхлипывания говорила она, – а я ночами не сплю, все думаю, хоть бы нашелся кто, кому рассказать, все, что слышу, когда комнаты убираю. Они же нас людьми не считают, им и в голову не приходит, что деревенская девушка может знать их язык. И болтают, не стесняются.

– А ты слушай, слушай, дочка, – мягко, успокаивающе сказал старик. – А я приду, мне и расскажешь все.

...С того времени штаб 226-й дивизии получал подробные сведения о всех изменениях в дислокации частей противника. И вот новые данные – о шпионках. Две из них были вскоре схвачены непосредственно в полосе обороны дивизии. Арестовали и остальных. Так провалилась попытка фашистов получить сведения о нашем расположении, о «катюшах».

«Старик» продолжал совершать свои опасные рейды в тыл врага. Этот пожилой солдат, ставший по своей воле разведчиком, оказался на редкость смелым конспиратором. Ни разу не попался он в лапы фашистов.

И вот однажды майор Бойко положил на стол комбрига Горбатова карту, где была нанесена во всех подробностях линия обороны врага.

Забегая несколько вперед, скажу, что «старик» действовал до весны 1942 года. Однажды при переходе линии фронта он был тяжело ранен и вскоре умер в госпитале, не приходя в сознание. Его «поводыря» отправили в Суворовское училище, Что касается «Студентки», возобновить с ней связь не удалось.


Читайте также:

Батальоны проникают в тыл врага
За плацдармы у Донца
Как Вера Гайдамака участвовала в освобождении своего села
Выход из кольца
Снова у Донца
Сыновья комиссара
Содержание

Рейтинг@Mail.ru