Учеба на фронте



24 октября 1941 года из штаба 21-й армии последовал приказ: 226-й дивизии занять оборону по Северскому Донцу. Вышли поздним вечером, увязая по колени в грязи. Дождь хлестал непрерывно вперемешку со снегом, холод пробирал до костей и, казалось, не будет конца этой дороге. Обессиленные лошади падали, и бойцам приходилось буквально на руках тащить орудия, боеприпасы и другое военное имущество. Противник преследовал наши подразделения по пятам.

В донесении комбрига Горбатова об этом было сказано так:

«...Горючее полностью отсутствует, нет надежды на подвоз его гужевым транспортом. По дороге Волчанск - Бибиково – Новый брошено шоферами большое количество машин с грузами, принадлежащими 14-й кавалерийской дивизии. Кроме того, в городе Волчанске оставлено без горючего много машин, даже танков, состоявших на вооружении 3-й танковой бригады, хотя ее части отошли восточнее...

Трудность отхода усугублялась тем, что ранее ушедшие войска взрывали за собой мосты через речки, уничтожали тысячи тонн горючего. А теперь исправные машины застревали в пути из-за отсутствия бензина. Вспоминать об этом и сейчас горько, но таково было положение»

И все же полки и батальоны дивизии в полном составе прибыли на указанный рубеж.

...Они сидели у карты вдвоем – комдив и начальник штаба. Им было о чем поразмыслить: дивизия перешла к обороне на широком фронте, от Белгорода до Волчанска.

- Ну, что ж, – проговорил Бойко, – водный рубеж для организации обороны достаточно хорош. Если создадим солидные оборонительные сооружения, вряд ли гитлеровцы решатся форсировать реку.

- Да, похоже, что мы здесь простоим долго, – согласился Горбатов. – Вопрос теперь в том, какой должна быть оборона?

Оба снова задумались.

На следующий день, созвав командный состав, комдив изложил свою точку зрения:

- Что мы теперь должны делать? Укрепиться на занимаемом рубеже, сочетая оборону с активными боевыми действиями. Это сложно, если учесть, что личный состав нуждается в отдыхе. Но мы должны помнить, что дивизия получила пополнение, еще не побывавшее в серьезных боях, длительное время отступавшее. Часть солдат, уже обстрелянных, знает, что мы превосходим фашистов храбростью. Необходимо убедить весь личный состав, что мы превосходим врага и своим воинским умением.

- Занятия – на фронте... Эта фраза многих из присутствующих на совещании удивила. Где же найти время для этого? Горбатов уже на следующий день показал, как это делать. Он появлялся вместе с командирами полков там, где строились оборонительные рубежи, буквально на каждом Учеба на фронтеучастке передовой, и сначала спрашивал у командира того или иного подразделения, где и как он будет располагать людей и огневые средства. Потом наступала очередь командира полка, с чем из предложенного он не согласен и какие намерен внести уточнения. И лишь после этого комдив давал указания, как расположить батальоны и как окапываться. Горбатову приходилось учить командиров на переднем крае, развивать их умение находить выгодное расположение боевых порядков и избегать лишних работ для красноармейцев.

Наряду с такими занятиями проводились учения с целью подготовки красноармейцев к активным боевым действиям.

В штабе шла разработка операции по выходу в тыл противника для уничтожения его опорных пунктов. Детали этой операции отрабатывались стрелковыми батальонами на местности, схожей с той, где предстояло ее проводить. Занятия проходили в полосе обороны дивизии, недалеко от переднего края, и нередко заканчивались боевой стрельбой. Как потом выяснилось, услышав пулеметные очереди, разрывы мин и даже пушечные залпы в тылу наших войск, фашисты посылали своему командованию донесения о «бунтах советских солдат».

Последствия таких «бунтов» они скоро испытали на своей шкуре.


Читайте также:

Перед вылазкой
«Старик» и мальчик
Батальоны проникают в тыл врага
За плацдармы у Донца
Содержание

Рейтинг@Mail.ru