Командиры получают назначения





Полковник Крупенин внимательно изучал лежащие на столе документы. Потом посмотрел на сидящего перед ним человека:

Где работали в последнее время, товарищ Джиг?

Исполнял обязанности заведующего оргинструкторским отделом райкома партии. Был редактором газеты. Пришлось заменять ушедших на фронт...

Направляю вас в распоряжение начальника политотдела батальонного комиссара Урьева. Думаю, что там будете на месте. Дивизия только формируется и политработникам есть что делать.

Штаб 226-й дивизии, возглавляемый полковником Крупениным, принимал пополнение и распределял его по частям.

Качественная террасная доска в Брянске купить которую Вы можете в ТК "Аркада".
Крупенину было присуще одно из важнейших качеств хорошего командира – умение быстро определить, на какую должность назначить человека, где бы он принес наибольшую пользу.

С кадровыми командирами было легче. Сложнее было с прибывшими из запаса.

Расскажите о себе подробнее, – обратился полковник к немолодому уже человеку. – Где работали, учились?

Крупенин, казалось, слушал без особого интереса. Но когда говоривший мимоходом сказал, что ему довелось быть начальником горснаба, полковник неожиданно спросил:

Когда это было?

Когда карточную систему ввели. Обком партии тогда меня и послал...

Бот что, товарищ Островский, вы назначаетесь начальником снабжения дивизии...

Но позвольте, – попытался тот возразить, – у меня нет никакого опыта...

Вы занимались снабжением города с населением в несколько сот тысяч человек в труднейших условиях. У нас людей поменьше. Научитесь...

И тут же позвонил председателю горисполкома:

Все вопросы снабжения дивизии с вами будет решать товарищ Островский.

Островского сменил начальник 1-го отделения капитан Шамин:

Товарищ полковник, среди прибывших есть геолог Зима и художник Ержиковский. Зима – хороший топограф. Хочу привлечь их к работе по размножению карт местности.

Правильно, – одобрил начштаба, – без карт мы не сможем проводить тактических занятий. А начинать надо немедленно...

Перед Крупениным на столе лежали документы младшего лейтенанта Коберника С. Г. Инженер, работал в Киеве, в институте гидрологии. Служил в Красной Армии, артиллерист...

Пойдете старшим адъютантом в минометный дивизион, – решил начальник штаба. Но, перелистав военный билет, он вдруг поднялся с места:

Послушайте, как вы попали к нам? Кто вас направил? Вы разве не знаете о заключении медицинской комиссии? О том, что признаны негодным к службе в Красной Армии в связи с болезнью легких и сняты с военного учета? Сегодня же прикажу отправить вас обратно...

Я никуда не уеду. В дивизию прибыл добровольно и прошу зачислить меня на любую должность.

Но я не имею права!

Имеете. Война дает такое право. Эта война...

Какое-то время Крупенин напряженно думал, а потом спросил:

Но как же вы собираетесь воевать с одним легким? Вам надо быть все время под наблюдением врачей... Впрочем... Пойдете командиром транспортной роты медсанбата дивизии. Все-таки возле медиков...

Спасибо, товарищ полковник.

И вам спасибо, товарищ младший лейтенант.

За что же? – удивился Коберник.

За патриотизм. За то, что на вашем примере еще раз видно, каких людей воспитывает наша партия.

Уже позже Семен Григорьевич Коберник узнал, что и Крупенин в то время страдал болезнью легких, но никому об этом не говорил... С медсанбатом дивизии прошел Коберник всю войну. Сейчас он кандидат технических наук, живет в Киеве.

Командиру дивизии полковнику Чугунову, только что прибывшему, было над чем задуматься.

В дивизию организационно вошли 985, 987, 989-й стрелковые, 806-й артиллерийский полки. Распределяя командиров, в штабе пришли к выводу, что их можно условно разделить на несколько групп. Первая состояла в основном из старших командиров, которые были хорошо подготовлены теоретически и практически, часть их имела даже боевой опыт. Некоторые, например капитан Чайка, окончили военную академию. Во вторую входили офицеры, окончившие военные училища, но не имевшие боевых и практических навыков. И, наконец, третья, самая многочисленная, включала людей с большим опытом партийной и хозяйственной работы, но без какого- либо военного образования.

Добиться того, чтобы командиры взаимно дополняли друг друга – вот к чему стремились в штабе.

...Чугунов, комиссар дивизии Мурзин и начальник штаба шли по небольшой городской площади вдоль замерших в строю командиров. Не все из них были в военной форме. Наметанный глаз комдива отмечал и отсутствие выправки, и перешептывания в строю.

«Дисциплину надо будет подтянуть. Но это не так сложно. Есть вещи потруднее», – подумал Чугунов.

О них он и сказал собравшимся:

Вы знаете, товарищи, что обстановка на фронте с каждым днем усложняется. Бои идут на подступах к Киеву. У нас времени мало, но надо сделать все, чтобы дивизия вступила в бой подготовленной. Наша основная задача – научить бойцов действовать днем и ночью в сложнейших условиях. Отправляйтесь в свои подразделения, занятия начинаем завтра.

А после собрания Чугунов говорил комиссару Мурзину:

– Есть уже у нас полки, батальоны, роты, но дивизии по существу еще нет.



Читайте также:

За боевым заданием
С марша – в бой
Полки переходят в контратаку
Первая благодарность
Эшелоны идут к Полтаве
В горящем городе
Содержание

Рейтинг@Mail.ru