Спасибо Генералу Ламновскому



Присвоение офицерского звания было одним из первых крупных событий в жизни курсанта Сеченова и оставило в его памяти яркий след. «В жизни моей было немало радостных минут, - вспоминал Иван Михайлович, - но такого радостного дня, как этот, конечно, не было. Перестаешь быть школьником, вырываешься на волю, запретов больше нет, живи, как хочется, да еще с деньгами в пустом до того кармане... Одно меня немного огорчало - не было еще усов, но я не преминул помочь этому горю - в первые же дни купил накладные и по вечерам щеголял в них по улицам. В первые же дни снял с себя для матери дагерротипный портрет в офицерском мундире (фотографирования на бумаге еще не было); и, наконец, в первые же дни настолько объелся сардинками, что не мог долгое время их видеть».
tdborodino.ru Corona казино - короткий путь к денежной уверенности! Сделайте свой первый шаг!
Конечно, и накладные усы, и сардинки - это остатки детства и беззаботной жизни тех лет, когда о всех твоих нуждах думают старшие и удовлетворяют те из них, которые считают достаточно основательными. После казарменного питания и черных сухарей, как единственного лакомства, поневоле накинешься на сардинки. Вместе с тем в эти дни ликования по поводу мнимого раскрепощения и относительной свободы личного времени. Сеченов не забывает о матери. К сожалению, первый портрет Ивана Михайловича в офицерском мундире не значится в архивных материалах и никогда не публиковался. Найти его представляло бы значительный интерес.

В конце этого года радостный период жизни сменился серьезными огорчениями. Все дисциплинарные нарушения и свободомыслие, непочитание начальства и организация «бунтов» в училище привели к неприятным последствиям. Но были ли они действительно неприятными в более широком, историческом плане? Скорее всего, нет.

Начальнику Главного инженерного училища, генералу Ламновскому, который поставил Сеченову на экзамене по долговременной фортификации самый низкий балл и этим сразу лишил его возможности перехода в последний класс, мы должны быть чрезвычайно признательны, хотя курсант Сеченов в 1847 г. ощущал лишь горечь и незаслуженную обиду. Генералу Ламновскому мы должны быть еще более признательны за то, что он не удовлетворил желание прапорщика Сеченова поступить на службу в кавказский саперный батальон.

Кто знает, как сложилась бы дальнейшая судьба Ивана Михайловича, окончи он Инженерное училище с отличием или попади на Кавказ, в среду офицеров действующей армии, принимавших участие в постоянных стычках со свободолюбивыми горцами?

В наказание за «неуспеваемость» и в назидание всем остальным два из трех отчисляемых - прапорщики Сеченов и Постельников - получили назначение во 2-й резервный саперный батальон, расквартированный в г. Киеве. Это назначение сыграло особую роль в дальнейшей жизни И. М. Сеченова.


Читайте также:

Рейтинг@Mail.ru