В лаборатории Людвига



Широкой известностью среди европейских физиологов в то время пользовался профессор Людвиг как искуснейший вивисектор, получивший много новых данных по физиологии кровообращения, секреции и экскреции почки. Людвиг жил в Вене и преподавал в небольшой военно-медицинской школе, широко привлекая к лабораторной работе всех, проявляющих интерес к физиологии. Узнав об этом, И. М. Сеченов весной 1858 г. отправляется в Вену и без всякой рекомендации (что было нарушением принятых в то время норм общения) обращается к Людвигу с просьбой о стажировке и развитии своей работы по влиянию алкоголя на кровообращение и поглощение кровью кислорода. Вспоминая о первой встрече, Сеченов отмечает: «Разговаривая со мной... он сделал мне род экзамена по физиологии и, должно быть, удовлетворился ответами, потому что пустил в лабораторию».

Весь летний семестр ушел на работу над поглощением кислорода кровью нормального и пьяного животного, на участие в опытах Людвига по иннервации слюнной железы, на ассистенцию в операциях по подготовке животных к лекционным демонстрациям. «Нужно ли говорить, что это было очень счастливое для меня время», - вспоминал Иван Михайлович. В этот период Сеченов провел много экспериментов по теме диссертации, освоил новые физиологические приемы, но самое главное, нашел в лице Людвига внимательного наставника и старшего друга, пристально следившего за успехами своего талантливого ученика на протяжении всей последующей его жизни.

И. М. Сеченов очень высоко оценивал Людвига как «несравненного» учителя, «сделавшегося впоследствии интернациональным учителем физиологии чуть ли не для всех частей света». «Чтобы занять такое положение, - пишет И. М. Сеченов, - одной талантливости было мало; помимо таланта и разнообразных сведений нужны еще были известные черты характера в учителе и такие приемы обучения, которые делали бы для ученика пребывание в лаборатории не только полезным, но и приятным делом. Неизменно приветливый, бодрый и веселый как в минуты отдыха, так и за работой, он принимал непосредственное участие во всем, что предпринималось по его указаниям, и работал, обыкновенно, не сам по себе, а вместе с учениками, выполняя за них своими руками самые трудные части задачи и лишь изредка помещая в печати свое имя рядом с именем ученика, работавшего более чем наполовину руками учителя».

Возможно, именно эта атмосфера душевной теплоты и полного взаимопонимания между известным ученым и начинающим стажером была одной из причин того творческого подъема, которым характеризуется венский период работы Ивана Михайловича. Накопление собственного экспериментального материала было успешно завершено, и на осенние каникулы 1858 г. И. М. Сеченов остается в Вене, чтобы глубже изучить литературу по вопросу о влиянии алкогольного опьянения на физиологические процессы и написать диссертацию. «Единственным моим развлечением были прогулки по ближайшим окрестностям, концерты Штрауса на открытом воздухе в Народном Парке и поездка на пароходе по Дунаю в Ленц и обратно». И хотя Сеченов очень сдержанно высказывает собственные ощущения и эмоции, связанные с длительным пребыванием за границей, описывая свою поездку на пароходе, он замечает: «Эта часть Дуная показалась мне менее красивой, чем берега нашей Волги в Костромской губернии».
В лаборатории Людвига
На зимний семестр 1858 г. в Вену приехали соученики Сеченова Боткин и Беккере. Объединившись с другими русскими медиками, находившимися в то время на обучении в Вене, они обратились к Сеченову с просьбой спросить у Людвига, не сможет ли он прочесть для них цикл лекций по кровообращению и иннервации кровяных сосудов. Людвиг согласился, прочел лекции с демонстрациями острых опытов, которые произвели наибольшее впечатление на слушателей: «С вивисекторской стороны лекции были обставлены роскошно и имели, конечно, большой успех», - вспоминал И. М. Сеченов.


Читайте также:

Рейтинг@Mail.ru