«Физико-химия»



Кроме анатомии и богословия, на первом курсе преподавались естественные науки: физика, химия, ботаника, зоология, минералогия. На втором курсе читались сравнительная анатомия, физиология, фармакогнозия, органическая химия, общая патология, терапия и энциклопедия медицины. На втором курсе начинались также практические занятия по анатомии и посещение клиники. Иван Михайлович со всем присущим ему влечением к науке и трудолюбием регулярно посещает все лекции и практические занятия. Такое прилежание в те времена, когда посещение лекций было необязательным, характеризовало далеко не всех студентов. На одной из лекций, где присутствовало всего три студента, вспоминает Иван Михайлович, профессор начал лекцию с латинской пословицы - «Трое образуют коллегию».

И. М. Сеченов с увлечением работает в анатомическом театре не только в урочные часы, но и в свободное от занятий время, по вечерам, изучая строение тела.
А здесь я купил входную двойную железную дверь. Привезли и установили в проём квартиры.
Сравнительную анатомию и физиологию читал профессор Иван Тимофеевич Глебов, умный и оригинальный лектор, который умел заинтересовать аудиторию и формой и содержанием излагаемого материала. «Для меня Иван Тимофеевич был одним из наиболее интересных профессоров, - вспоминал Иван Михайлович. - Из сравнительной анатомии нам сообщались лишь отрывки (органы кровообращения, пищеварения, дыхания и локомоции), но они сами по себе, как вся вообще сравнительная анатомия, настолько красивы и излагались настолько ясно, что на 2-м курсе я мечтал в будущем не о. физиологии, а о сравнительной анатомии».

Лекции по физиологии читались на более низком уровне, без демонстраций, без упоминаний об электрической раздражимости нервов и мышц, даже без упоминания влияния блуждающего нерва на деятельность сердца. Будучи уже зрелым ученым, Иван Михайлович Сеченов отмечал, что в лекциях профессора Глебова «...и помина не было на то, что физиология есть прикладная физико-химия». Этот физико-химический подход к жизненным явлениям в полной мере был осуществлен самим Иваном Михайловичем в его исследованиях, развернувшихся в последующие годы.

На третьем курсе отношение Ивана Михайловича к учебе резко изменилось. Знакомство с основными клиническими дисциплинами, методами обследования и лечения больных, используемыми в университетских клиниках, вызывало тягостное чувство и неудовлетворение начинающего медика. В «Автобиографических записках» Иван Михайлович Сеченов приводит удивившее его высказывание профессора частной патологии и терапии Н. С. Топорова: «Зачем нам термометры да микроскопы, была бы сметка...». Для молодого человека, пытающегося вникнуть в суть жизненных явлений с использованием всего доступного арсенала физико-химических методов, такое отношение казалось кощунственным.

Иван Михайлович ищет ответы на интересующие его вопросы в переводной литературе - французском учебнике Гризоля. «Купив эту книгу, начинавшуюся, сколько помню, описанием горячечных болезней, читаю... и изумляюсь - в книге нет ничего, кроме перечисления причин заболевания, симптомов болезни, ее исходов и способов лечения, а о том, как из причины развивается болезнь, в чем ее сущность и почему в болезни помогает то или другое лекарство, ни слова». По совету проф.

А. И. Полунина Сеченов обращается к другому учебнику - Канштатта. Однако детальное изучение этого труда показывает, что и в нем нет ответов на интересующие Сеченова вопросы.


Читайте также:

Рейтинг@Mail.ru